Поиск
  • Георгий Любарский

7. Медиа: плата за недоверие


Курс: Образование будущего
Модуль: 2. Медиа как источник картины мира
Предыдущий материал: 6. Лжи нет, поскольку нет правды

Основным эффектом СМИ является усиление воздействия общественного мнения; влияние на власть и на избирателей, артикуляция и усиливание имеющихся тенденции и разногласий. Через СМИ можно тиражировать и навязывать интересы малых групп, раздувать скандалы, формировать ценности, культуру. Тем самым оказывается, что СМИ действуют как универсальный усилитель сигналов и действий в обществе. Что это означает для общества и к чему приводит тема данного материала.


Люди смотрят телеобращение к нации президента Джона Ф. Кеннеди во время Карибского кризиса в октябре 1962 года.
Ralph Crane, архив журнала «The LIFE».


Средства массовой информации возникали для распространения сообщений. Очень быстро медиа приобрели политическую значимость. Правительство сообщало официальную точку зрения населению. С другой стороны, масс-медиа должны были стать мощной просветительной силой, особым элементом культуры, соответствующим времени массового общества. Все прежние каналы распространения информации были элитарны, и об успехах наук могли знать лишь верхние слои общества. С появлением масс-медиа стало возможно транслировать научную картину мира в самые широкие слои населения.


Итак, медиа сообщают «всем» о произошедших событиях и разносят информацию об успехах культуры – о достижениях наук, открытиях и пр. Почему же медиа так не нравятся? Обычные обвинения в адрес СМИ: они-де скандалисты, публикуют грязные материалы, оказывают деструктивное влияние на культуру, и далее по списку: «чернуха», аморализм, нигилизм, нагнетание психоза... И врут, врут, врут.

Можно присмотреться, как же именно работают медиа, какова механика их обращения с информационным сигналом. Будем смотреть не на внутреннее устройство того или иного органа медиа, а на то, как этот чёрный ящик взаимодействует с общественным окружением. Получается интересная картина: практически на все общественные институты, с которыми медиа связаны, они воздействуют так, что усиливают «возмущения», усиливают сигнал. В теории систем это называется «положительной обратной связью».


СМИ усиливают воздействие общественного мнения; влияют на власть и на избирателей, артикулируя и усиливая имеющиеся тенденции и разногласия; формируют и усиливают политическую жизнь; благодаря СМИ власть может сильнее влиять на народ.


СМИ тиражируют и навязывают всему обществу интересы малых групп; раздувают скандалы; изменяют сам народ, подчеркивая и формируя его ценности, культуру, воспитывая и направляя, провоцируя социальные протесты...

Тем самым оказывается, что СМИ есть универсальный усилитель сигналов и действий в обществе. Что же это означает для общества? О свободной печати когда-то говорилось, что она должна в демократическом обществе выполнять функцию отрицательной обратной связи, сообщая «верхам» о тех процессах, которые идут «внизу», и позволяя разумно регулировать управляющие воздействия в целях сохранения устойчивости системы. Известно, что отрицательная обратная связь называется также регулирующей. При отрицательной обратной связи «перегрев» какого-то блока схемы вызывает ответную реакцию, снижающую его температуру до нормальной (термостат, холодильник). Отрицательная обратная связь – механизм устойчивости системы.


Но масс-медиа выполняют совсем иную работу – работу усилителя. А что такое положительная обратная связь? Это, попросту говоря, взрыв. Медиа связаны со всеми блоками общества, и на каждом цикле работы системы подают на каждый блок сигнал, усиливающий любое появившееся отклонение от устойчивого состояния. Любая ошибка разрастается, раздувается, «перегрев» усиливается до тех пор, пока систему не разорвёт в клочья.


Не удивительно, что в целом деятельность медиа оценивается как негативная, что позитивом считается «нейтральность» СМИ. В качестве усилителя СМИ безответственны, их интересует только усиление передаваемого воздействия, а не его суть и роль. Медиа – катализатор, «разгоняющий» процессы в обществе до критического предела.


Отсюда становится ясным, как должны реагировать на действия масс-медиа общественные институты (и ответственные граждане). Если в системе имеется постоянно действующий усилитель, увеличивающий рассогласование частей и усиливающий все ошибки, надо его «тормозить». Специального тормоза для СМИ в системе демократического общества не предусмотрено (цензура отсутствует, по крайней мере в теории). Значит, тормозить приходится всем блокам вместе, причем неспецифическим образом – кто как умеет. Отсюда с необходимостью следует, что, спасая общество, все общественные институты как один тормозят действия медиа, как могут, и (со своей точки зрения) выполняют этим чрезвычайно важную функцию – увеличивают устойчивость общества. Чтобы общество, в котором существуют такие СМИ, могло существовать, от СМИ надо утаивать информацию, если просочилась – опровергать, сотрудников СМИ – ругать и выгонять, откуда можно, и посылать, куда нельзя – в общем, противодействовать всеми способами. А то взорвёмся.


Так выглядит ситуация, если просмотреть мнения различных людей, выражающих недовольство СМИ. Если принять, что всё так на самом деле и есть, возникает вопрос – отчего же не изменить медиа, чтобы они были не скандальные, а сообразно реагирующие, позитивные, культурно-просветительные и обществу полезные? В чём причина столь вредного для общества характера медиа? Как же получилось, что замысленная отрицательная обратная связь была перестроена на положительную и вместо стабилизирующего эффекта «четвёртая власть» работает на взрыв окружающего социума?


Можно подумать, что причина – плохое качество людей, работающих в медиа. По корыстным причинам плохие журналисты и редакторы изменяют сообщения зловредным образом, делая их скандальными, раздражающими, воспаляя общественную ткань. Однако, немного подумав, можно сообразить, что плохих людей среди журналистов ровно тот же процент, что и среди других групп населения. Особое внимание к «жареным» фактам, стремление «раздувать» истории и «подмачивать» репутации входит в число профессиональных требований, предъявляемых к журналистам. Коп должен быть настойчив и иметь хватку бульдога, а журналист – нахален и пролазлив, как комар. Работа такая. От журналиста требуется давать «горячие» материалы, сенсации, новости. За это идёт конкуренция профессионалов, этого требуют издатели и редакторы, считающие (не без оснований), что этого хотят читатели и зрители.


Редакторы и издатели тоже не годятся в «плохиши» – они, как и журналисты, стремятся соответствовать профессиональным требованиям, конкурируют за новости с другими изданиями. Любой конкретный человек из масс-медиа – журналист, редактор или издатель – начни он действовать не так, как принято в этом профессиональном поле, сразу окажется «плохим профессионалом» и будет вытеснен успешными конкурентами, умеющими подбросить читающей публике свеженький скандал. Медиа устроены так, что положение в структуре взаимосвязанных функций выбрасывает из системы любого «реформатора».

Так что же, дело в «устройстве» медиа? Например, ясно, что и меньшинство людей, предпочитающее культурные и научно-популярные программы, и огромное большинство, ждущее футбол с сериалом, – все ждут от медиа новостей. Новости – это основа всех масс-медиа, любой направленности. А у новостей своя технология, и она определяет лицо СМИ. Новость должна быть значимой, привлекать внимание – и медиа гоняются за сенсациями. Новость должна быть свежей – и у медиа нет времени проверять информацию. Конкуренция за новости заставляет метать публике самые свежие, горячие новости – и многие из них оказываются ложью. Ложь и неточность – плата за скорость подачи новостей.

Публика ориентируется на новизну, и этим в значительной степени определяется положение медиа, которые этот спрос на новизну горячат, поддерживают, раздувают...


Пресса – это предприятие, торгующее новостями, и даже более того: сейчас масс-медиа – это механизм, производящий новости, назначающий, чему быть новостями, какого масштаба, в каком числе... Новость – это то, что сделано в медиа как новость и объявлено новостью.

Значит, виновата публика? Получается, что народ своими неуместными желаниями, интересом к новостям, скандалам, клубничке и чернухе – разрушает систему общественных институтов, поощряя СМИ в их дезорганизующей работе? Что здесь сказать... Народ в качестве читающей публики не представляет единства. Большинству нравятся жареные факты, меньшинству – взвешенный и вдумчивый культурный разговор. Естественно, большинство изданий ориентируется на большинство подписчиков.


В поисках виноватого мы добрались аж до самого народа, выше некуда. Но если последним виновником чернухи в эфире оказался известный человеческий интерес к новостям, если трупы, убийства и изнасилования на экране – это издержки ударного производства новостей... Тогда все попытки решить ситуацию будут паллиативами.


В механизм медиа можно встроить внешний тормоз – цензуру – но принципиально ничего не изменится, только греться наш социальный механизм будет сильнее да пахнуть будет палёным – от трения «всеобщего усилителя» о тормозные колодки. Может, попробовать снизить значимость медиа, уменьшить силу четвертой власти? В принципе, хорошее решение, многие его предлагают: пусть они усиливают и взрывают, но, знаете, так слабо-слабо, чтобы не заметно. Идея эта напрашивается: раз медиа усиливают колебания общества и норовят пустить его вразнос, такую деталь из механизма общества правильно было бы удалить. Но почему же этого не делают? Роль медиа в обществе, напротив, возрастает. Неужели никто ничего не видит и не догадывается? Или у медиа есть какие-то ещё функции?


Устройство машины медиа

Попробуем разобраться в устройстве «машины медиа». СМИ - усилитель и ускоритель процессов в обществе, и поэтому воздействия медиа по большей части разрушительны. Зачем людям и обществу нужны «легкоусваиваемые горячие новости», которые ведут к социальному краху? Нет, конечно, можно демпфировать воздействие медиа. Можно выстроить общество так, чтобы разрушительные воздействия по возможности не задевали важные управляющие узлы.


Общество управляется тем, что не зависит от медиа (или зависит минимально), и напротив – то, что от медиа зависит в крайней степени (например, общественное мнение) оказывает незначительное влияние на управление обществом. То есть общество в значительной степени устроено недемократическим образом, и именно это обстоятельство тормозит разрушительное влияние медиа. Но зачем же делать такой сложный механизм? Чтобы разобраться в этом, нам надо сначала взглянуть на то, на чем строятся социальные отношения.


Основу ткани, на которой держатся социальные отношения, составляет доверие – к тому, что обязательства будут выполняться, что отмеченные ранее регулярности продолжат своё существование, что люди в большинстве своем те, за кого они себя выдают – словом, уверенность, что завтра все будет идти примерно так, как сегодня. Основой общественного бытия является антиконспирология. На самом простом уровне моё доверие подсказывает мне, что если я пойду в булочную, то найду там хлеб, а если в аптеку – лекарства (90-е годы намекнули, что бывает и иначе). Работа человека – в любой должности и статусе – проникнута огромным количеством актов доверия к окружающим – что они сделают то или это, без чего никакая работа невозможна. Доверие к вещам и людям – это чувство, обращённое в будущее, и каждое наше действие в социальном мире приобретает силы в этом безотчётном доверии. Все наши действия, планы и надежды – даже самые деловые и неромантичные – основаны на доверии к миру и людям. Самый недоверчивый человек живет с помощью доверия, иначе он не смог бы начать ни единого дела, потеряв уверенность в его продолжении.


Причина проста – мы живем не поодиночке, а совместно, а совместная жизнь невозможна без какого-то минимума договорённостей, уверенности – т.е. доверия. Но современный мир устроен совершенно не способствующим доверию образом. Он очень быстро изменяется, причем самым непредсказуемым образом. Это одна из самохарактеристик современности, обычно подаваемая со знаком «плюс» – то, что современность лабильна, гибка, изменчива... А обратная сторона этой «гибкости» – истончение социальной ткани, дефицит доверия к людям и к миру, на котором стоит общество. Дело, разумеется, не только в быстроте изменений, но кого сейчас надо убеждать в том, что социальный мир становится все неприветливее к человеку и доверять ему всё труднее…


Новизна есть характеристика, обратная по отношению к устойчивости. То, что в современном обществе возникает много нового, есть другая формулировка того факта, что общество теряет устойчивость, предсказуемость, а члены общества не могут доверять существующим социальным формам.

Вернемся к СМИ, к аппарату производства новостей. Новость – это форма, накладываемая на материал обыденности. Это является прямым следствием из положения о том, что новость есть то, что создают медиа. Нет самих по себе новостей, которые медиа «находят», как грибы. Ситуация иная: есть течение обыденности, в котором медиа выделяют определенные фрагменты, оформляя их в качестве новостей. В результате оформления, наложения рамки, выделяющей новость, и образуется собственно новость – которая тиражируется, рекламируется, целенаправленно преподносится определённой аудитории читателей. После этого в социальном мире образуется нечто новое.


В первую очередь «новым» является, конечно, сама «новость» – но не только она. Кусок меди, подвергнутый обработке скульптором, приобретает форму и получается медная статуя – нечто новое, не существовавшее в исходном куске меди. Так и в результате присвоения формы – создания новости – образуется и новый фон, подразумеваемый этой новостью – фон обыденности. Это уже новая обыденность, не та, что была раньше – изменённая внесением новой формы. В результате наложения рамки выделения события образуется не только новость, но и фон. Само производство новости, которое в простейшем случае заключается в выделении куска обыденности рамкой с подписанным на рамке заголовком «новое» – это выделение кусочка реальности тем же самым актом выделения нового создаёт и фон – которого прежде не было.


То, что не попало внутрь рамки новости, считается известной всем обыденностью. Это воспринимается как «неновая» обыденность – в ней подчёркнуто то качество, что она не новая. И этим подчёркивается, что всё, что не сказано в новостях, есть не новое и потому известно зрителю. Гражданин сам выполняет работу, начатую медиа. Он рассматривает обыденную повседневность, своё окружение через фильтр новостной ленты, выделяя сообщённое ему «новое» и наделяя всё, ему не сообщённое, качеством «привычная обыденность». Так образуется с помощью масс-медиа суррогат обыденного мира: он соткан из представления о реальности, имеющихся у каждого человека, и обработан новостями.


Масс-медиа создают суррогат, создают такую особую реальность, в которой и специально сделанный фон, и искусно наложенный на него рисунок внушают публике, что «обычную» жизнь эта публика представляет себе правильно, что ничего существенно «со вчера» не изменилось. Отсутствие существенных изменений в «фоне» социального общежития подчёркивает рисунок новостей. Новости подчёркивают неизменность фона. Фон в рамках этой произведённой иллюзии (выпуска новостей) должен изображать «реальную жизнь». Чем больше изменяется реальность, чем выше подозрения, что настоящий фон не так устойчив, как этого хотелось бы, тем ярче должен быть нанесённый рисунок, тем «горячее» новости: при таком контрасте фон обязательно покажется неизменным.

Рисунок подчёркивает нейтральную значимость фона в той же мере, в которой фон позволяет выделяться и быть заметным рисунку. Этот фон из-под новостей, если вглядеться, вовсе не тривиален и несёт вполне масштабную нагрузку. Он призван подтвердить у зрителя сложившийся образ мира. Иными словами, новости «творят» социальную реальность и картину мира в целом.


Посмотрев новости, зритель успокаивается, увидев, что «в общем» он всё знает и «в курсе» текущих проблем (отсюда и жесткие ограничения на интеллектуальный уровень, налагаемые на тексты в масс-медиа). Публику, конечно, надо отвлечь, развлечь, заинтересовать, подсадить на диковины и сенсации, которые, однако, своим исключительным характером подчёркивают спокойную познанность «фонового» мира. Подтверждение базовой картины мира – не менее значимая функция СМИ, чем интенсивная «щекотка» развлекательными и ужасающими новостями.



Суррогатная реальность на фоне суррогатной обыденности, создаваемая масс-медиа – это всё то, что мы ежедневно смотрим на экране смартфона или планшета и это не обязательно только ругаемые обывателями выпуски новостей федеральных каналов. Блоггеры и прочие “инфлюенсеры” – это именно те люди, которые создают свои новости, свои события, свою отдельную реальность в которой приятно укрыться тем, кто предпочитает их смотреть. Так реальность распадается на огромное число осколков, словно разбитое закалённое стекло.

Вместо распадающейся в современном мире основы социальных взаимодействий – доверия – масс-медиа создают суррогат, который позволяет людям жить в этой истончённой социальной ткани, не замечая разверзающихся прорех и дырок. Медиа создают иллюзию нормальной жизни, когда реальная жизнь становится уже не вполне нормальной, и делают это с немалым мастерством: рисуют иллюзию на фоне иллюзии, так что иллюзорность рисунка может увидеть всякий желающий, а разглядеть иллюзорность фона становится крайне трудно.


В этом состоит важнейшая социальная функция СМИ – создание иллюзии устойчивости в непостоянном мире. Ощущение устойчивости необходимо нам, как воздух, и когда социальная действительность не способна поставлять нам чувство устойчивости в необходимых количествах, за дело берутся масс-медиа, поставщик социальной стабильности.

Иллюзия устойчивости создаётся за счет специального выделения и оконтуривания области изменений, выделения «новизны» в рамку, контрастности рисунка, внушающем мысль о неизменности фона. Утверждается, что новое в мире – только то, что показано в «Новостях», а в остальном, само собой разумеется, в мире всё прежнее, привычное, беспокоиться не о чем.


Тогда получается, что деструктивный характер медиа является необходимой частью функционирования этого социального института. Неугомонный усилитель, приводящий к дестабилизации окружающих общественных институтов – лишь одна сторона медали, «выхлоп», образующийся в результате выполнения действительно важной функции: поддержания в людях иллюзии, что «на самом деле» их картины мира соответствуют действительности. Посмотрев новости и ужаснувшись «происходящему новому», человек на более глубоком уровне успокаивается: в остальном всё привычно.


Ниже предлагается несколько примеров того, как можно попробовать построить мысли о прочитанном. Обычно принято сдавать тест или экзамен на тему пройденного материала, но часто понимание изученного вовсе не заключается в запоминании дат, череды событий, наборов определений — не так важно повторить и формально пересказать заученное, как попробовать прийти к некоторым мыслям и построить рассуждения, применить только что узнанное к любым возможным жизненными обстоятельствам, где это уместно, соединить это в представлении с окружающими вас событиями. Следующие примеры и вопросы могут помочь вам в таком упражнении: можно ограничиться любым одним, несколькими понравившимися или сделать все.



Изучить на собственном опыте роль медиа как усилителя довольно трудно. Можно предложить несколько путей. Если удастся, можно отследить полный цикл новости в медиа (от появления через тиражирование и развитие до ее угасания и исчезновения) и – вместе с этим – процессы в тех социальных сферах, которых эта новость содержательно касается. Другой вариант – посмотреть реакцию среды на опубликованный результат. Ученые нескольких разных областей знания собирают "факты"; можно посмотреть, какова реакция на публикацию этих фактов у той самой среды. Эти опыты опасны, самим их лучше не проводить, а если есть возможность – узнать у кого-нибудь о такого рода результатах. Обычно сами исследователи, ошибившись по той или иной причине, помнят результат и могут им поделиться. Скажем, социологи изучают обстрановку в каком-то районе или малом городе – потом публикуют отчет – а через пару лет приезжают в тот же район или город. Или психологи изучают отношения в каком-то коллективе и их отчет становится в этом коллективе известен. Такие результаты получаются у самых разных специалистов – градостроителей, менеджеров, экономистов и т.п. Результат в общей форме одинаков: следует взрыв. Люди, прочитав о том, каковы у них отношения, возмущаются. Одни устраивают проверки и усиливают контролирующие меры (если это в их власти), другие возмущаются и пишут гневные письма, организуют протестные движения. Если речь об отношениях в коллективе – люди ссорятся, мстят, возникают скандалы, рушатся репутации и сложившиеся отношения. И дело не в том, насколько истинно исследование специалистов, – это не результат научной работы, а реакция на медийное освещение. То место общества, куда направлен луч внимания медиа, прожектор, делающий видимым происходящее – взрывается. Или, по меньшей мере, там происходят существенные неполадки, которые потом придется исправлять – в темноте, когда внимание медиа отвлечется на что-нибудь иное.



К счастью, ёмкость луча внимания из мира медиа очень мала. Она определяется не числом медийных средств, не числом газет, телепрограмм или сайтов. Она определяется ёмкостью внимания потребителя.


Можно взять какой-либо авторитетный источник новостей и отследить содержание новостей за какой-то период. Допустим, за три месяца. Элементом наблюдения будет новостной сюжет. Наблюдение будет состоять в фиксации появления и исчезновения новостных сюжетов, отслеживании, как они изменяются и какое время существуют. Очень хорошо для такого опыта смотреть не на сам новостной источник, а на его восприятие – например, сделать опрос людей о том, что они помнят из сегодняшних новостей, и что – из новостей прошлой недели того же дня (за вторник, скажем). Однако такой опрос – очень дорогое удовольствие, такое исследование трудозатратно. Можно поискать – результаты таких исследований опубликованы. Или можно просто посмотреть на новостном источнике за тем, как сменяются сюжеты. Их очень немного, они заполняют четко определенные тематические лакуны (рубрики): политика, спорт, экономика, культура, наука... В самой общей форме можно сказать, что потребитель не держит в поле внимания более семи новостных рубрик и в каждой – не более трех сюжетов. Это в лучшем случае. Тем самым, если хочется показать новый сюжет из "экономики" – надо забыть об одном из прежних, на него у пользователя все равно не хватит внимания. Поэтому новости получаются "горячими" – каждое рождается в конкуренции, ради него надо забыть и более не упоминать одну из прежних важных новостей. Если новость "долгоиграющая" и рассчитана на годы, за ней важно следить – она станет одной из рубрик ("война", "коронавирус") и тем самым вытеснит из общественного внимания одну из прежних рубрик.


Объем "новостной памяти" потребителя очень невелик. Из этого вытекают многие следствия для жизни новостных источников – а они, в свою очередь, активно влияют на объем новостной памяти потребителей ("много букв...", "длинно что-то"). Поэтому прожектор медиа не может долгое время высвечивать и привлекать внимание к одному и тому же новостному поводу (это в новостном смысле "дорого") – и от окончательного разрушения социальная область, являющаяся предметом медийного внимания, застрахована именно невозможностью медиа её освещать сколько-нибудь долго. Другие методы борьбы с разрушающим влиянием медиа и общественного внимания тоже имеются – например, так работает разделение на фронт- и бэк-офисы, на публичную политику и номенклатуру.




Просмотров: 30Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все